Форт Стайкин — взрыв в порту Бомбея, 14 апреля 1944 года

Около полудня 12 апреля 1944 г. в мор­ской порт Бомбея прибыло ничем не при­мечательное английское грузовое судно «Форт-Стайкин». Пароход водоизмещени­ем чуть больше 7000 тонн отшвартовался, как и другие морские суда, у пирса при­ливного док-бассейна «Виктория». Администрация порта не торопилась приступить к разгрузке прибывшего судна, и оно почти два дня простояло у пирса, храня в трюмах смертоносный груз.

Сухогруз SS Fort Stikine

Сухогруз SS Fort Stikine

Выходя в рейс из английского порта Биркенхед, ка­питан «Форт-Стайкина» получил инструкции о строжай­шем соблюдении тайны перевозки военных грузов, что им педантично и выполнялось во время долгого мор­ского пути. Судно без происшествий преодолело при­брежные воды Англии и просторы Атлантического океа­на, счастливо миновало встречи с «волчьей стаей» фа­шистских подводных лодок и самолетами.

В пакистанском порту Карачи в трюмы «Форт-Стай­кина» было погружено много натурального каучука, хлопка в кипах и серы. В твиндеки поместили тщатель­но упакованный военный груз — 300 тонн тринитрото­луола и 1395 тонн боеприпасов. Судно приняло на борт груз чистого золота в слитках: 155 слитков, каж­дый весом 22 килограмма, на общую сумму 5 миллио­нов долларов.

Из Карачи «Форт-Стайкин», нашпигованный горючим грузом и взрывчаткой, прибыл в Бомбей, в порту ко­торого либо по халатности администрации, либо в целях маскировки он был отшвартован как обыкновенное гру­зовое судно, не представляющее опасности.

Распоряжение о разгрузке поступило только утром 14 апреля. Докеры не придерживались определенного порядка, выгружали из трюма № 2 тринитротолуол, ки­пы пакистанского хлопка, ящики с боеприпасами. Кипы хлопка и натуральный каучук лежали внизу трюмных помещений, поверх их были уложены взрывчатые ве­щества и боеприпасы. Необходимых мер предосторож­ности при разгрузке трюмов не соблюдалось, так как докерам не сообщили о характере грузов.

Схема швартовки судов в порту Бомбея до взрыва



Схема швартовки судов в порту Бомбея до взрыва

В 12 часов дня в порту начался обеденный пере­рыв, работы по разгрузке судна были приостановлены и возобновились только в 13 часов 30 минут.

В 14 часов 16 минут диспетчер пожарной охраны порта получил по телефону от вахтенного помощника капитана «Форт-Стайкина» сообщение о пожаре в трюме. О характере груза на горящем судне в пожарной охране порта не было известно, дополнительных постов в месте проведения разгрузочных работ не выставлялось. Дис­петчер на основании телефонного сообщения выслал, согласно установленному порядку, два пожарных авто­насоса, которые через 7 минут прибыли на место про­исшествия. Из трюма парохода выбивался серо-черный дым. Попытки экипажа судна самостоятельно ликвиди­ровать очаг пожара ни к чему не привели.

Прибывшие пожарные машины были быстро уста­новлены на водоисточники и начали подавать воду в трюм. Через некоторое время к месту пожара прибыл полковник Сандлер — англичанин, занимавший пост на­чальника пожарной охраны Бомбейского порта. Капи­тан парохода «Форт-Стайкин» сообщил ему обстоя­тельства возникновения пожара: после обеда индийские докеры обнаружили в трюме тлеющие кипы хлопка; по мнению моряка, причиной пожара могла быть бро­шенная сигарета или самовозгорание хлопка. Остается неизвестным, поставил ли капитан «Форт-Стайкина» в из­вестность пожарных о наличии в трюмах парохода три­нитротолуола, боеприпасов, а также о необходимости вывода судов из дока и эвакуации людей с пирса. Скорее всего, нет, так как обстоятельства дальнейше­го хода тушения пожара показали, что пожарные не представляли себе степень опасности начавшегося по­жара. К тому же надо отметить, что их тактические действия носили малоквалифицированный характер, не на высоте оказался и полковник Сандлер, как руководи­тель тушения пожара.

Высокая температура и концентрация в трюме ед­кого дыма помешали пожарным, не имеющим изоли­рующих противогазов, проникнуть глубоко в трюм, чтобы обнаружить и подавить очаг горения в началь­ной стадии его развития. От пожарных машин две мощ­ные струи воды подавались прямо в открытые люки горящего трюма, как принято говорить, «по дыму». Такая примитивная тактика тушения пожара не могла принести успеха. По неписаному правилу, которого очень строго придерживаются пожарные большинства стран мира, воду из ствола можно подавать лишь в том случае, если ствольщик вышел на боевую позицию и хо­рошо видит очаг огня. Недопустимо лить воду в дым, не видя пламени. Это все равно, что стрелять из ружья по цели, не видя ее.

Полковник Сандлер вызвал на пожар весь резерв, которым располагал,— еще восемь пожарных автона­сосов и автоцистерн. В люки трюма было введено до­полнительно несколько стволов, вода затопляла поме­щение, но горение становилось все интенсивнее. Тле­ющие кипы хлопка всплывали со дна трюма под твиндек, в котором лежал груз тринитротолуола и боеприпасов…

Здесь следует сказать несколько слов о специфике механизма горения волокнистых материалов. Спрессо­ванный в кипы хлопок обладает способностью водоотталкивания и поэтому очень плохо смачивается водой. Попадая на спрессованную кипу, вода сбивает пламя только на ее внешней поверхности, но не проникает в толщу хлопка и не ликвидирует там скрытые очаги горения или тления. Поэтому при пожарах спрессован­ные кипы приходится разбивать, растаскивать и обильно проливать водой каждый клочок хлопка. Это очень трудоемкая работа.

Существует и другой, более совершенный метод тушения горящих кип и бунтов волокнистых материалов (хлопка, пеньки, джута, льна, кенафа). Он заключает­ся в том, что в воду, подаваемую пожарными машинами, вводят специальные химические вещества — смачива­тели. Добавление смачивателя резко повышает огнетушащие свойства воды. Дозированная смачивателем вода свободно проникает внутрь спрессованных горя­щих кип, быстро и надёжно прекращая горение.

Полковник Сандлер, капитан парохода и админист­рация порта, видимо, не знали особенностей горения хлопка в кипах, ошибочно рассчитывая массой воды по­давить пожар в трюме «Форт-Стайкина». Однако густые серо-синие клубы дыма, валившие из трюма парохода, указывали, что вода, обильно подаваемая пожарными машинами, не способствует прекращению горения. Шло время, температура в трюме достигла критической точ­ки, раскалились металлические части, на борту парохо­да появилось вишневое пятно.

У полковника Сандлера оставался единственный шанс избежать надвигающейся катастрофы: полностью прекратить тушение пожара, удалить всех людей и по­жарные машины с пирса, приказать капитану «Форт- Стайкина» затопить обреченный на гибель пароход или вывести его из порта на внешний рейд. На это пол­ковник Сандлер не решился, он еще надеялся затопить водой злосчастный трюм и ликвидировать пожар.

Непонятно поведение капитана «Форт-Стайкина». Ведь он знал о смертоносном грузе в горящем трюме и, будучи лицом, ответственным за безопасность судна, должен был осуществить необходимые действия по предотвращению катастрофы. Проявила преступное легкомыслие и администрация порта; хотя ей из предъя­вленных капитаном судовых документов был хорошо известен перечень важных и опасных грузов, находив­шихся в трюмах «Форт-Стайкина», она не приняла мер к отбуксировке судов от пирса и оповещению рабо­тающих в порту о надвигающейся опасности.

…А время шло, близилась развязка. Пожар усили­вался, вокруг судна закипела вода, от раскаленных бор­тов парохода поднимался пар, коробилась краска, на борту ширились темно-красные и вишневые пятна. В 15 часов 45 минут из трюма «Форт-Стайкина» с гулом взметнулись ввысь языки красного пламени, заклу­бился маслянисто-черный дым, который обычно соп­ровождает горение каучука. Гул в трюме нарастал, на­чала вибрировать палуба. Испуганная команда бросила пароход и опрометью устремилась к воротам порта. Одни пожарные остались на боевых позициях, продол­жая выполнять свой долг.



Несмотря на видимые признаки пожара на пароходе «Форт-Стайкин», жизнь в порту Бомбея шла своим че­редом: докеры-индусы продолжали разгружать сосед­ние суда, слышался грохот лебедок и скрежет подъем­ных кранов, на рейде сновали катера и лодки, буксиры тащили тяжелогруженые лихтеры. Безмятежно синела даль океана. Никто не подозревал, что приближается катастрофа.

В 16 часов 6 минут чудовищный взрыв потряс порт и город — это взлетел на воздух «Форт-Стайкин». В мгновение разнесенное на части судно исчезло в дыму и пламени. Взрывная волна прокатилась по всей тер­ритории порта, сокрушая все на своем пути. Погибли все находившиеся на палубе парохода и на пирсе, в том числе и пожарные. Взрыв исковеркал и обратил в кучу лома пожарные машины. В результате взрыва судно разломилось на несколько частей, уцелевшая кормовая часть погрузилась на грунт док-бассейна, в ее трюмах осталось около 800 тонн боеприпасов. В 16 часов 33 минуты последовал еще более мощный взрыв кормовой части парохода. Новая взрывная волна завер­шила опустошения, причиненные первым взрывом.

Дым над Бомбеем после взрыва на Fort Stikine

Дым над Бомбеем после взрыва на Fort Stikine

Последствия взрывов были ужасными. В результате поднятых ими двух гигантских волн в акватории порта, а также непосредственно в док-бассейнах «Виктория» и «Принц» было потоплено, разбито и сильно повреж­дено более 50 крупных судов. Отшвартованный по кор­ме «Форт-Стайкина» английский грузовой пароход «Джапаланда» вместимостью 4000 тонн взрывом вы­бросило на крышу склада. Слитки золота в дальнейшем находили в городе на расстоянии многих километров от порта.

Схема Бомбейского порта после взрыва

Схема Бомбейского порта после взрыва

Территория порта, дороги и проезды оказались за­валенными обрушившимися зданиями, грудами камня, искореженным металлом. Разрушению подверглись пирсы и доки, большое количество портовых складов с хлопком, зерном, военной техникой. К опустошитель­ным разрушениям прибавились массовые пожары. Взрыв разметал мешки с грузом, каучук, раскаленные металлические части парохода, тлеющую серу, горящие кипы хлопка в радиусе около километра, создав много очагов пожаров на территории порта и в Бомбее. В пор­ту запылало 12 судов.

Рабочие, воинские части, экипажи морских судов, сохранившаяся в городе пожарная техника были бро­шены на защиту Бомбея. Чтобы не допустить распро­странения пожара из порта на город, было решено соз­дать противопожарный разрыв шириной 500 метров. В полосе разрыва пришлось взорвать все здания и сооружения, ограничив таким образом пожар предела­ми порта. Как правило, этот метод борьбы с пожара­ми в населенных пунктах не применяется, за исключением случаев использования взрывчатки для созда­ния минерализованных полос при лесных пожарах. Мас­совые взрывы, примененные в Бомбее военными влас­тями для борьбы с пожаром, оправдывались чрезвы­чайными обстоятельствами, и в первую очередь отсут­ствием пожарной техники, значительная часть которой вышла из строя при взрыве. Три дня над горящим портом висела темная дымная туча. Активных мер к тушению портовых сооружений не принималось, да и необходи­мых сил для этого не имелось.

Работники порта бегут от пожара

Работники порта бегут от пожара

Точная причина возникновения пожара в трюме «Форт-Стайкина» не установлена. Остается неизвест­ным, была ли причиной пожара диверсия, неосторож­ность докеров или самовозгорание хлопка. Можно сде­лать только один безошибочный вывод: пожар мог быть ликвидирован в начальной стадии его развития. Для этого на судне требовалось ввести в действие пожар­ные насосы, проложить от них рукавную линию со стволом в трюм и быстро подать воду в очаг пожара. К сожалению, ни члены экипажа, ни пожарные не про­явили должной оперативности. Развитию пожара до ка­тастрофического способствовали и неумелые действия руководителя тушения пожара.



Обычно в обстоятельствах, подобных тем, которые сложились в док-бассейне «Виктория», организуется штаб пожаротушения. В его состав вводятся капитан судна и представители порта. Штаб возглавляет руко­водитель пожаротушения. Если горящее судно уже от­швартовано у пирса или стоит в доке, то, как правило, руководителем пожаротушения назначается начальник пожарной службы города или порта. Штаб пожароту­шения намечает и осуществляет все действия по лик­видации пожара и обеспечению безопасности людей.

Ничего подобного при тушении пожара в Бомбей­ском порту сделано не было, что привело к огромным жертвам. Убито было 1500 и ранено более 3000 чело­век. Это только те жертвы, которые официально заре­гистрировали морги и больницы города. Сколько чело­век утонуло, погибло в огне, пропало без вести, бу­дучи погребенными под развалинами зданий, никто не знает. Разрушенный порт пришлось отстроить заново. Сумма ущерба, причиненного взрывом «Форт-Стайки­на» и последующим пожаром, составила ориентировоч­но 1,5 миллиарда долларов.

Разрушения после взрыва. Железнодорожная ветка

Разрушения после взрыва. Железнодорожная ветка

Разрушения после взрыва. Территория порта

Разрушения после взрыва. Территория порта

Разрушения после взрыва. Корабли в порту

Разрушения после взрыва. Корабли в порту

Разрушения после взрыва. Железная дорога

Разрушения после взрыва. Железная дорога

Происшедшая в дни второй мировой войны ката­строфа в порту Бомбея не вызвала в мире большого резонанса и давно стала достоянием истории. Однако и в наше время взрывы и пожары в портах, на мор­ских и речных судах — довольно частое явление. Ста­тистика свидетельствует, что только в результате пожа­ров в мире ежегодно погибает 40—50 судов (лайнеры, сухогрузы, танкеры). Эти данные не включают пожары, происходящие на речных и озерных судах.

Современная пожарная техника позволяет ликвиди­ровать многие пожары, особенно если тушение начато своевременно. Строительство судов с учетом требова­ний пожарной безопасности, оборудование их автома­тическими системами предупреждения и тушения по­жаров снижают вероятность возникновения пожаров и взрывов. Однако она все еще велика, особенно при транспортировке и переработке в портах нефти и неф­тепродуктов, химических и взрывоопасных веществ и материалов, аммиачной селитры, ядохимикатов, леса, хлопка, некоторых сортов каменных углей, склонных к самовозгоранию.

Проектировщики, строители, эксплуатационники по­стоянно работают над совершенствованием систем по­жарной охраны судов. Наиболее перспективными нап­равлениями следует считать ограничение использова­ния горючих материалов при отделке внутренних по­мещений, в том числе пассажирских кают, оборудова­ние всех кают и трюмов сухогрузов установками пожар­ной сигнализации с высокочувствительными датчиками, реагирующими на инфракрасное излучение и появле­ние малейшей струйки дыма, оснащение машинных от­делений, отсеков трюмов и других помещений уста­новками, позволяющими быстро использовать высоко­кратную пену — высокоэффективное средство борьбы с огнем.

По книге П.С. Савельева «Пожары — катастрофы»